Внутреннее убеждение адвоката

Суд, прокурор, следователь и лицо, производящее дознание, принимают решения по делу, и в законе говорится о внутреннем убеждении только этих участников процесса.

Вместе с тем то или иное внутреннее убеждение относительно решаемых по делу вопросов может сложиться и у других участников процесса и даже у постороннего лица, присутствующего в зале судебного заседания. Но ни адвокат, ни любое другое лицо, кроме государственного органа, ведущего процесс, дело не разрешает. Поэтому внутреннее убеждение адвоката в уголовном деле не может отождествляться с внутренним убеждением суда, прокурора, следователя и лица, производящего дознание.

Следует ли из этого, что адвокат участвует в деле, не имея своего внутреннего убеждения? Конечно, нет. Защитник осуществит свою процессуальную функцию, лишь когда он верит в правильность избранной и отстаиваемой им линии защиты.

Но адвокат необходим не для того, чтобы излагать следователю и суду свой личный взгляд на дело, а для извлечения из материалов уголовного дела всего говорящего в пользу обвиняемого. При этом защитник исходит только из тех доказательств, которые имеются в деле, и никакая побочная информация, подкрепляющая обвинение, не освобождает адвоката от необходимости довести до сведения следователя, прокурора и суда все материалы, свидетельствующие о необоснованности обвинения. Иное решение равносильно отказу адвоката от принятой на себя защиты обвиняемого.

Так, один из адвокатов Одессы не участвовал в суде первой инстанции, к нему обратились с просьбой вести дело в кассационном суде. Изучив дело, адвокат пришел к убеждению об отсутствии кассационных оснований и поэтому от защиты решил отказаться. В решении Квалификационно-дисциплинарной комиссии адвокатуры Одесской области по делу адвоката отмечалось, что подобный довод вообще не может быть основанием для отказа от адвоката. Ссылка на свое субъективное убеждение не меняет дела. Как оказалось в данном случае, Высший специализированный суд Украины по рассмотрению гражданских и уголовных дел нашел ряд существенных нарушений и отменил приговор, а это означает, что субъективное убеждение адвоката опровергнуто объективным определением суда, вступившим в законную силу. Знакомясь с делом, анализируя факты и доказательства, рассматривая материал с точки зрения кассационной проверки, адвокат не должен поддаваться субъективным впечатлениям, он должен выполнять свои обязанности, он обязан оказывать юридическую помощь подзащитному.

Правосудию нужны не заявления адвоката о невиновности или меньшей виновности обвиняемого, а доводы, аргументы защитника в пользу отстаиваемого им тезиса. Данные в пользу обвиняемого не лежат на поверхности. В задачу лучших адвокатов по уголовным делам в Одессе входит умение их найти в деле, сгруппировать и, не впадая в фальшь, дать им благоприятное для обвиняемого толкование. Именно это, а не что-либо противоположное требуется от защитника.

Защитник не может ссылаться на доказательства, в заведомой ложности которых он убежден. Но нельзя требовать от защитника, чтобы он приводил лишь истинные факты, так как в отличие от участвующих в процессе государственных органов защитник обычно не может предварительно проверить свои утверждения.

Вправе приводить защитник и такие юридические аргументы, в правильности которых он сомневается, поскольку дело суда взвесить все возможные доводы за и против того или иного понимания правовой нормы, и это дело для него будет только облегчено, если обе стороны исчерпают всю возможную аргументацию в пользу того или иного понимания нормы. Адвокат на суде не для того, чтобы излагать юридическое исповедание веры, а для того, чтобы представить все, что говорит, в пользу обвиняемого, а к данным в пользу обвиняемого может относиться и то обстоятельство, что вина обвиняемого с правовой точки зрения может быть рассматриваема иначе, чем это делает обвинение.

Защите благоприятствуют общие положения, относящиеся к толкованию уголовного закона:

  1. всякое сомнение при толковании закона должно рассматриваться в пользу обвиняемого;
  2. исключительные законы подлежат ограничительному толкованию;
  3. законы, устанавливающие смягчение ответственности, подлежат распространительному толкованию;
  4. законы, устанавливающие усиление ответственности, например квалифицированные составы, подлежат ограничительному толкованию.

По мнению некоторых адвокатов Одессы, защитник должен сделать вывод о доказанности обвинения либо признать его недоказанным. Сделать вывод о доказанности обвинения не может означать ничего иного, как обоснование обвинения, на что защитник права не имеет. И когда говорят о праве защитника признать вину обвиняемого, которую он отрицает, или считают, что при этом защитник не обязан приводить доказательства виновности, речь идет именно об обосновании обвинения. Суд ждет от сторон доводы и доказательства выдвинутых ими положений, и если адвокат будет доказывать, почему он согласен с обвинением, отрицаемым подзащитным, то превращение адвоката в обвинителя неизбежно.

Адвокат не может согласиться с доказанностью обвинения, отрицаемого подзащитным, оспаривать его позицию, полемизировать с ним. Адвокат должен изложить все вытекающие из материалов уголовного дела доводы в пользу подзащитного на тот случай, если суд (вопреки показаниям обвиняемого, являющимся одним из источников доказательств по делу) не согласится с обвиняемым и признает его виновным. Такая позиция существенно отличается от той, когда адвокат обосновывает вывод о доказанности вины подзащитного. В этом случае обвиняемый, если он вовремя не отказался от такого «защитника», оказывается вынужденным опровергать и последнего.